Рамка в аэропорту на эндопротез, скорее всего, среагирует. И это самая маленькая проблема в мире: сотрудники досмотра видят пассажиров с протезами каждый день, процедура отработана до автоматизма. Настоящая тема этой статьи другая — тромбоз в длительном полёте. Вот о нём стоит знать всерьёз.
Но по порядку. Сначала рамка, потом кресло 32F.
Рамка звенит. Что дальше
Сцена, которой боятся зря. Аэропорт, очередь на досмотр. Мужчина с новым тазобедренным суставом подходит к рамке и внутренне сжимается: сейчас зазвенит на весь терминал, все обернутся, начнётся разбирательство. Рамка пискнула. Сотрудник спокойно: «Металл есть?» — «Эндопротез сустава». — «Отойдите, пожалуйста, сюда». Ручной металлодетектор, пятнадцать секунд у бедра, «проходите». Всё разбирательство.
Так это и работает. Несколько правил, чтобы было ещё проще:
- Скажите заранее. До прохода через рамку, а не после писка: «У меня эндопротез тазобедренного сустава». Это снимает вопросы на старте.
- Ручной досмотр — норма, а не наказание. Прибор подтвердит металл в проекции сустава, этого достаточно.
- Сканер тела (такие стоят в крупных аэропортах) видит протез сразу — с ним обычно вообще без вопросов.
- За границей выручает фраза «I have a hip/knee replacement» и жест на сустав. Или карточка импланта — о ней ниже.
Снимать ничего не попросят: протез, в отличие от ремня, не снимается. Шутка старая, но на досмотре работает.
Паспорт импланта: маленькая карточка, короткий разговор
По закону достаточно устного предупреждения — справки не обязательны, запретить вам полёт из-за протеза никто не вправе. Но документ упрощает жизнь, особенно в чужой стране: карточка или выписка с названием импланта переводят разговор с жестов на бумагу.
Возить оригинал не нужно. Фото в телефоне — достаточно. Что это за документ, откуда берётся и как восстановить, — в статье про паспорт импланта.
Когда лететь можно — вопрос не к нам
Сначала главный фильтр: разрешение оперирующего хирурга. Ориентиры такие: короткие перелёты — часто с 6 недель, длинные — ближе к 3 месяцам. Но это именно ориентиры. Свежая операция, отёк, сопутствующие болезни сдвигают сроки, и решает их ваш врач, который видел вашу ногу вчера, а не статья, написанная заранее.
Почему вообще ждут? Из-за тромбоза. После операции на крупном суставе кровь несколько недель склонна к образованию сгустков — а полёт добавляет свои факторы: неподвижность, тесное кресло, сухой воздух. Складывать два риска в одну дату не хочется никому.
ТГВ: три буквы, которые стоит знать каждому пассажиру с протезом
— тромбоз глубоких вен: в вене ноги образуется сгусток крови. Сам по себе он неприятен, но настоящая угроза — если кусочек сгустка оторвётся и долетит до лёгких. Поэтому профилактика в полёте — не перестраховка, а разумная привычка. Тем более что она проста.
Двигайтесь. Каждый час — встать и пройти по салону до туалета и обратно. Сидя — каждые полчаса «насос» стопами: носок на себя, от себя, 20–30 раз. Икроножные мышцы прокачивают кровь по венам — это буквально второй насос организма, включайте его.
Пейте воду. Воздух в салоне сухой, кровь густеет. Стакан воды каждый час-полтора. Кофе и алкоголь воду не заменяют, а по обезвоживанию работают в минус.
Не пережимайте ноги. Нога на ногу на четыре часа — плохой план. Сумку из-под кресла впереди уберите на полку: ногам нужно место.
Трикотаж — если назначен. Компрессионные гольфы в длительный перелёт часто рекомендуют после недавних операций. Носить или нет и какой класс компрессии — вопрос к вашему врачу, не к продавцу аптеки. Как надевать — разбор про трикотаж.
Выбирайте место у прохода. Мелочь, которая решает: вставать каждый час с места у окна, будя двух соседей, вы не будете. С прохода — будете.
Нога после перелёта
- Лёгкий симметричный отёк обеих стоп к концу долгого рейса, проходит за сутки — частая история
- Отёк одной ноги, тянущая боль в икре, тепло, распирание — к врачу в ближайшие часы, не «после выходных»
- Внезапная одышка, боль в груди, кашель с кровью — 103 немедленно
Если сомневаетесь, к какой колонке отнести своё состояние, — позвоните лечащему врачу. Это никогда не бывает лишним.
Дорога, багаж и прочая проза
Пара приземлённых пунктов, о которых вспоминают в последний момент.
Чемодан. Первые месяцы после операции тянуть 20-килограммовый чемодан — затея так себе. Чемодан на четырёх колёсах, который катится рядом без усилия, — лучший попутчик. Снять багаж с ленты попросите спутника или сотрудника — это нормально.
Кресло. Долго сидеть с согнутым суставом неудобно и не всегда полезно — после замены тазобедренного следите за правилами посадки: сиденья в самолётах низкие, вставать с них надо правильно. Подушка или свёрнутый плед под таз выручают.
Аптечка и документы — в ручную кладь: выписка, фото паспорта импланта, назначенные врачом препараты в оригинальной упаковке. Не в чемодан, который улетит отдельно от вас, — такое случается.
И про стыковки. Между рейсами не сидите в кресле зала ожидания все три часа — терминал создан для ходьбы. Пройдитесь по нему пару раз: это одновременно и профилактика тромбоза, и разминка для сустава, засидевшегося в самолётном кресле. Эскалаторы и травалаторы — по желанию; лестницы после разрешения хирурга вам уже не враги.
Коротко
Рамка — не проблема: предупредили, прошли ручной досмотр, полетели. Проблемой может стать неподвижность в кресле — поэтому вода, «насос» стопами, прогулки по салону каждый час. Дату вылета согласуйте с хирургом, фото документов на имплант держите в телефоне.
Остальное про дальние поездки, дачу и активную жизнь — на хабе «Жизнь с эндопротезом». Про осложнения, включая тромбоз, и их признаки — отдельный раздел. Хорошего полёта.