Сгибание и разгибание колена после эндопротезирования

Итоговые 110–125° сгибания при полном разгибании — отличный результат, покрывающий все бытовые задачи: лестницу, стул, автомобиль, велотренажёр. Здоровое колено гнётся до 135–150°, но догонять его не нужно. Минимальная «функциональная» планка — около 90–100°: с ней уже доступны стул и лестница.

Чаще всего мешает связка «отёк + защитный спазм + молодой рубец»: жидкость физически не даёт согнуться, мышцы охраняют болезненную зону, рубец ещё короткий. Это штатная ситуация первого месяца-двух — решается регулярными упражнениями, льдом и обезболиванием перед занятием. Насторожить должно сгибание меньше 90° к 6-й неделе — это повод показаться хирургу раньше планового визита.

При конфликте приоритет всегда у разгибания. Недостающие 10° сгибания мешают на лестнице, а недостающие 10° разгибания портят каждый шаг: появляются хромота, перегрузка мышцы бедра, боль спереди колена и в пояснице. Поэтому валик кладут под пятку (чтобы колено провисало и выпрямлялось), и никогда — под колено.

Самый ценный период — первые 6–12 недель, пока рубцовая ткань перестраивается и легко «запоминает» длину. К 3 месяцам набирается основная амплитуда, к 6–12 месяцам — финальные 5–10°. После года заметно улучшить угол сложно, но упорная ежедневная растяжка даёт прибавку и на поздних сроках — «поезд ушёл» почти всегда преувеличение.

Рабочая боль — тянущее, распирающее натяжение в конце амплитуды силой до 4–5 из 10, которое проходит за 1–2 часа после занятия. С ней заниматься можно и нужно. Нельзя работать через резкую, острую, простреливающую боль, а также если после занятий колено ноет до ночи и наутро отёк увеличился — это признак передозировки нагрузки.

Редрессация (манипуляция под анестезией) — процедура, при которой хирург под коротким наркозом плавно сгибает колено, разрывая незрелые рубцовые спайки. Без разрезов, протезу не вредит, длится несколько минут. Её обсуждают, если к 6–12 неделям сгибание застряло заметно ниже 90°. Ключевое условие результата — активная ЛФК сразу после процедуры, иначе спайки образуются снова.

Мягкие щелчки, постукивание и «механическое» ощущение — норма: соприкасаются металлическая и полимерная поверхности протеза, а перестроившиеся сухожилия могут «перескакивать» через новые контуры. Обращаться к врачу нужно, если звуки сопровождаются болью, нарастающим отёком, чувством нестабильности или появились внезапно после падения.

Технически можно — исследования не показывают вреда для протеза от аккуратного стояния на коленях на мягкой поверхности. Другое дело, что многим это неприятно из-за рубца и изменённой чувствительности кожи. Если нужно работать на полу — используйте мягкую подкладку и опускайтесь через здоровую ногу. Комфорт обычно улучшается со временем.

Короткий отдых — допустимо, но привычка держать колено на валике часами (и тем более спать так) закрепляет сгибательную контрактуру: сустав «запоминает» полусогнутое положение, и походка портится. Правильно наоборот: валик под голень и пятку, чтобы колено провисало и дотягивало разгибание.

Артромот (CPM-аппарат) мягко и безопасно двигает ногу, помогает снять страх движения и комфортнее пройти первые недели. Но по данным систематических обзоров долгосрочную амплитуду он не увеличивает: итоговые градусы зарабатываются активными упражнениями. Использовать его можно как дополнение к ЛФК, а не вместо неё.

Сильнее всего — от амплитуды до операции: тугое колено до протеза редко становится сверхгибким после. Дальше по значимости: регулярность занятий в первые 6–12 недель, контроль отёка, тип протеза и особенности операции, индивидуальная склонность к рубцеванию, вес и болевой порог. Половина этих факторов — в ваших руках.

Нет, после замены ТБС собственное колено обычно двигается свободно и в специальной разработке не нуждается. Внимание там направлено на правила движений в тазобедренном суставе и укрепление мышц. Если после операции на ТБС колено вдруг стало тугим или болит — это отдельный вопрос к врачу, а не повод для самостоятельной «разработки».